АПОЛЛОН И ДИОНИС: ГЕНДЕРНЫЕ РОЛИ И АРХЕТИПЫ
Взгляд
25 апреля 2018

Попытки создать что-либо «совершенное» не имеют ничего общего с жизнью. Расставание с иллюзиями о существовании идеальных отношений, идеальных мужчин и женщин неизбежно и болезненно, и каждый проходит это переживание потери иллюзий самостоятельно. Хотя большинство стремится найти «идеального мужчину» — с высоким социальным статусом, материально обеспеченного, физически и интеллектуально привлекательного, заботливого, ответственного, добропорядочного — как Аполлон. Или «идеальную женщину» — привлекательную внешне, обаятельную, нежную, тонко чувствующую, добрую, заботливую, трудолюбивую, верную, с хорошим образованием и вкусом, способную вести хозяйство и долго не стариться — здесь уже не только Афродита, но И Гера с Вестой. Несоответствие реальных мужчин и женщин привычным гендерным ролям приносит страдания и делает невозможным установление отношений с реальным человеком, которого необходимо все время подтягивать под идеал. И сам человек тоже может воспринимать себя как далеко не «идеального», и из-за несоответствия культурным образам «идеального гендера». Собственно, и скромный выбор партнера может быть в угоду социальным стереотипам сделанным и, следовательно, ошибочным, т.к. совершается из стыдливых предположений, что «только этого я и достоин», «только бы не быть одному» и т.п.

В жизни приоритетными для разных людей могут оказаться различные качества партнеров, которые они сочли наиболее привлекательными для себя, что исключает существование абсолютно «идеальных» мужчин и женщин, поскольку эта «идеальность» весьма относительна. Разным людям нравится разное, поэтому у любого есть шанс, пока существует разнообразие — ни одна женщина не похожа на другую, и ни один мужчина не похож на других. Если кому-то кажется, что его отношения с разными партнерами становятся одними и теми же, то, скорее всего неизменным в отношениях остается он сам. Только представьте себе на минуту, что все население Земли разом стало соответствовать критериям «идеальности», выработанным им же самим!

Боги стали архетипами и поселились внутри нас, и изнутри они ведут себя все так же, как и раньше. В каждом пантеоне божественных архетипов великое множество, но лишь некоторым повезло стать более известными, чем остальные. Так случилось с Аполлоном и Дионисом.

Эта статья о том, что Аполлон как архетипическая фигура не встречается отдельно от Диониса — и наоборот.

Божественные архетипы в коллективном бессознательном не встречаются поодиночке, а, как правило, представляют собой сложное и витиеватое сочетание противоположностей. Могила Диониса обычно помещалась внутри святилищ Аполлона, что символически отражало контроль разума над иррациональностью и эмоциональной импульсивностью. И до сих пор в любом мужчине живут архетипические энергии Аполлона и Диониса, и, если в сознании преобладает одна из этих противоположностей, то в бессознательном торжествует другая. В отсутствии Диониса Аполлон царит в Дельфах как главный оракул.

В одной из самых древних космогоний — индуистской, — взрывная центробежная сила, давшая рождение вселенной, зовется Шива; противоположная сила — связующая, центростремительная энергия, сформировавшая галактику, зовется Шакти. Эти полярности составляют основу мироздания и наблюдаются в архетипических фигурах.

В Пуранах первые люди были мудрецами, близкими к божествам и рождающими детей с помощью умственных проекций. Отличная метафора для сознания современного человека.

Вяч. Иванов пишет в статье «Ницше и Дионис»: «Ницше возвратил миру Диониса: в этом было его посланничество и его пророческое безумие» (Иванов Вяч, Родное и вселенское. — М., 1994. С.27). В этой же статье он пишет об ориентации на Аполлона как о центростремительной, оформляющей, скрепляющей, в то время как стихия Диониса определяется как музыкальная, разрешающая и центробежная. При этом описание данной сути иногда принимает весьма теоретическое оформление: «Дионисийское начало, антиномичное по своей природе, может быть многообразно описываемо и формально определяемо, но вполне раскрывается только в переживании, и напрасно было бы искать его постижения — исследуя, что образует его живой состав. Дионис приемлет и вместе отрицает всякий предикат; в его понятии a не-a, в его культе жертва и жрец объединяются как тождество» (Там же. С.29).

Сновидец Вишну спит миллиарды лет, и ему снится Вселенная, в которой Брама, общаясь с мудрой и красноречивой Сарасвати, создает порядок. Пока Вишну спит, Вселенная существует, а когда он просыпается, Вселенная разрушается. Поэтому Вишну должен спать. Мир — это сон Вишну. Шакти — это проявленный мир, мир майя, мир иллюзии, сна Вишну. До начала творения времени не существовало. Оно было создано Шакти и Брамой. Время и смерть — это иллюзии. Помогает ему спать Лакшми, которая массирует Вишну ноги. Вот такая формула равновесия мужского и женского — спящий созидающий мужской Логос находится в контакте с женским Эросом. А пробудившийся Логос выходит из баланса с Эросом. И когда просыпается Вишну, появляется Кали, танцующая на теле Шивы. Кали разрушает ту Вселенную, которая мешает жить дальше. Шива — разрушитель и жесткий защитник божественного закона равновесия, выпивший яд и держащий его в своем горле для того, чтобы сохранить баланс сил во Вселенной. Шива — воин, исполняющий очистительную миссию, спорит о проявленном и непроявленном с темнокожей Парвати.
Кали — богиня травматичного опыта, и ей не следует мешать, нужно пережить этот опыт. Тогда Кали избавляет от опухолей, гниения, негативных скоплений. За Кали следуют и благодарят. Так происходит очищение от всего нездорового, ненужного и мешающего индивидуации. Если пришла Кали, то спасать что-то бесполезно — работу, отношения, свой образ и пр.
И после травматичного очищения наступает возрождение. Через ПУСТОТУ и пребывание в ней. И тогда светом появляется Адити, еще одна ипостась женского, которая может прийти только после Кали. И Адити желает, чтобы мы пребывали в покое и пустоте без тревоги. У Адити нет антропоморфного изображения, лишь разбитый сосуд, скрепленный обручем. Священное место для терпения, молчания и единичества. Только в пустоте может появится ДУХ, который сначала притворяется мертвым.
ВЫДОХ ПУСТОТЫ…

Вот так и происходит творчество и любовь — выходом из пустоты живыми…

Шива — в древнегреческой мифологии стал Дионисом, а Брама — Аполлоном.

Аполлон — солярный бог, рожденный богиней Лето от Зевса. Будучи любимым сыном Зевса, в любви Аполлон не имел счастья и слыл женоненавистником до тех пор, пока не обрел лиру в Гиперборее и не стал покровителем девяти муз, дочерей Зевса и титаниды Мнемозины. Архетипическая фигура Аполлона: утонченный ум, высокий эстетический вкус, рациональность и эмоциональная отстраненность, противостояние хтоническим силам. Аполлон — искусный стрелок и воин, бог власти вообще и власти над женщиной. Получив высшее знание, Аполлон стал пророком и покровителем искусств и наук в Дельфах, где совершил подвиг, победив змея Пифона. Пифия, сделавшая самые известные пророчества при Пифоне, стала после этого жрицей Аполлона.

В организациях, в которых руководитель столь же величествен, как Зевс, легко выявляются сложные отношения главного бога Олимпа со своими «сыновьями» (преемниками, серебряными воротничками), среди которых есть любимые сыновья (самодостаточный красавец, пророк Аполлон и красноречивый вестник, алхимик Гермес) и отвергнутые (любовник, хулиган Арес; хромой кузнец-рогоносец, целитель Гефест и вечно юный сладострастник Дионис), и каждый — со своей историей. Зевсы-руководители поддерживают личную авторитарную власть, контролируют ситуацию, вступают в конкурентные отношения, отсекая при этом спонтанную эмоциональную жизнь, инстинкты и интуицию — область превосходства Аида, повелителя преисподней — в теневое измерение организации. Рядом с Зевсами-руководителями всегда обнаруживается теневой лидер в виде мистификатора Аида, и чаще всего эту миссию выполняет финансовый директор компании.

Аполлонианские и дионисийские организации, хотя и являются противоположностью друг друга, всегда содержат своего оппонента в теневом измерении, являясь своего рода образцом «эротического патриархата» и маскулинной «свободы любви».

Аполлонианские организации всегда эстетически и организационно выдержаны, являются образцом порядка, объединяют в себе высокий интеллектуальный и творческий потенциал сотрудников и руководства, обладают неповторимым имиджем и высокой миссией. При этом ничто не мешает сотрудницам этих организаций бороться за место спутницы особо привлекательных Аполлонов, и эта жизнь делает отношения в компании насыщенными и очень продуктивными.

Дионис — лунарный бог, рожденный земной женщиной Семелой (Землей) от Зевса. Воплощение инстинктивности, безудержности, чувственности. Богиня темной луны Кибела научила Диониса таинствам и церемониям, и ему поклонялись в основном женщины. Он очень ценил женщин, спасал их, как свою жену Ариадну, богиню растительности, которой хранил верность. Именно его называют Пуэром, вечным ребенком, избегающим материальности и поддающимся влиянию.

Везде, где распространялся культ Диониса, огромное значение придавалось растительному и животному миру. Этим Дионис напоминает Шиву, властелина животных и растений. Лесные духи, сатиры, нимфы — вечные спутники Шивы и Диониса. В Пуранах Шиву представляют как пленительного юношу, бродящего по лесам, держащего свой пенис в руке, как ветвь, и совершавшего с его помощью самые невероятные вещи.

«Шива сказал, «Я не отличим от фаллоса. Фаллос идентичен мне. Он привлекает ко мне моих преданных и поэтому ему нужно поклоняться. Мои преданные! Где бы вы ни увидели стоящий мужской орган, я там присутствую сам, даже если нет ничего другого, связанного со мной». (Shiva Purana, Vidyeshvara Samhita, I, гл. 9, 43-44.)

Вяч. Иванов пишет: «раздвоение первоначального единства на междуусобные энергии есть коренная идея и глубочайшее переживание Дионисовых таинств. Дионис искони мыслится как бог, вдохновляющий своим одержанием исступленных, обращающихся на него же, для свершения над ним жертвенного действия. Он пассивен как бог страдающий в собственном своем облике, — и активен как бог жертвоприносящийся в лице исполнителей его страстной воли и участи: так раздвояется он на антиномические ипостаси. В одной лишь Дионисовой общине все участники экстатического богослужения носят имя своего бога („вакхи“), т. е. таинственно с ним отождествляется. Итак, вот исконная диада религии Диониса: он — жертва, и он же — жрец» (Иванов Вяч, Родное и вселенское. — М., 1994. с.299).

Дионисийские организации, в отличие от аполлонических, не выдерживают никакой критики по части эстетики и порядка, живут непонятной предельно неорганизованной жизнью, предаются порокам, страстям и оргиям, устраивая небывалые корпоративные вечеринки и эксклюзивные шоу, ведя беспорядочный светский образ жизни, часто являясь бизнесом именно по этой части человеческого бытия.

В обеих организациях — и в дионисийской, и в аполлонической, — так же, как в эротической организации Афродиты, царит власть Эроса и Танатоса, что их и объединяет. Здесь побеждают то созидательные импульсы, дающие толчок к развитию, то разрушительные, не оставляющие камня на камне и совершающие замысловатый пробег по краю финансовой пропасти. В любой аполлонианской организации можно обнаружить дионисийские черты, а в организациях Афродиты встречаются аполлонианские и дионисийские качества. Обратное тоже верно.

Гендерные стереотипы, являющиеся сухим остатком в социуме архетипического разнообразия, управляют процессом коллективного воспроизводства архетипических мифоконструктов. Попробуйте себя протестировать на предмет соответствия им. Иронического, неточного, постмодернистского.

Предполагается, что диагностика гендерной позиции может показать, что помещая себя в рамки архетипических гендерных ролей можно установить свои полоролевые «пределы»: попадание в одну архетипическую роль свидетельствует об адаптации в узких рамках, а обладание актуализированными несколькими гендерными ролями расширяет диапазон адаптивных возможностей человека. В психике каждого человека содержатся все архетипические ресурсы человечества, но окружающая гендерная среда может актуализировать только тот или иной архетип. Сознательное использование ресурсов своего архетипического наследия в управлении личным интрапсихическим Олимпом в контексте размывания гендерных стереотипов дает постмодернисткий результат — множественную гендерную идентификацию. Важно, чтобы трансцендентная гендерная идентичность уравновешивала и центрировала всю архетипическую «толпу» и помогала ей двигаться в едином направлении.

Популярные новости